Попаданцы

Меньше всего я хотел получать проблемы на приеме отца, но двое людей, вышедших ко мне на террасу имели другие планы на этот счет. Ситуация накаляется. А еще где-то в Москве бродит доппельгангер, что познал суть управления душами, время на амулете начинает поджимать, и я все еще не решил как развязать узел с девушками. Тени

Я сорвал маску с того, кто стоял за покушением на моего отца. Вычислил, выследил и прижал к стенке. Вот только хищник оказался не один. Стоило мне дернуть за нужную нить, как вся стая обернулась против меня. Теперь под прицелом уже моя собственная шея. Но если он — или они — думают, что я так просто подставлю горло под нож, то

Коронер Громов в данный момент несколько занят: он пытается не проткнуть шпагой очередного наглеца на рассветной дуэли. Как только Его Высокоблагородие отмоет кровь с манжет и выпьет свой утренний кофе, мы опубликуем официальную аннотацию. Следите за обновлениями. И пожелайте ему удачи — этот противник дерётся на редкость

С бандой, мечтавшей подмять под себя Феодосию, покончено. По крайней мере, пока что. До дуэли осталось всего две недели, и в моей копилке уже есть несколько весомых козырей. Казалось бы, самое время выдохнуть, перевести дух и заняться собственной подготовкой. Но покой мне может только сниться — и то исключительно в виде ночного

С бандой, мечтавшей подмять под себя Феодосию, покончено. По крайней мере, пока что. До дуэли осталось всего две недели, и в моей копилке уже есть несколько весомых козырей. Казалось бы, самое время выдохнуть, перевести дух и заняться собственной подготовкой. Но покой мне может только сниться — и то исключительно в виде ночного

Петербург, 1904 год. Эпоха пара, стали и густых, неистребимых суеверий. Вадим — хирург и микробиолог из XXI века. Судьба-злодейка выдергивает его из стерильной операционной и швыряет в промозглую столицу Российской империи. Но высшие силы решили подшутить: вместо тела князя или гвардейского офицера он получает шкуру простого

Зима 1409 года. Ливония погребена под снегами, но от этого не становится менее кровавой. Литвины и жемайтийцы вновь стоят у ворот, и баронство фон Зайцевых доживает свои последние дни. В теле двенадцатилетнего Иоганна очнулся попаданец Иван Фёдорович. Времена чудес прошли: никакой магии, никакой армии за спиной — только

Граница между мирами истончилась, и сквозь переходной портал в сердце Тысячелетнего Рейха шагнули трое. Это не просто гости из альтернативной реальности — это живые архивы, выходцы из тех времен, когда оккультное «Аненербе» только зарождалось. Они пронесли через эпохи запретные знания, которые рейхсканцелярия давно променяла на

Вырасти сиротой в таком мире — значит с самого рождения быть лишенным права на детство. Вместо родительской любви и тепла колыбели — казарменный холод, жесткий распорядок и пустота там, где должна быть привязанность. В этой реальности немецкий офицер действительно является царем и богом. Для ребенка-сироты он не просто

Я никогда не верила в мистику. Для меня привидения, древние проклятия и волшебные порталы всегда были лишь плохим сюжетом для бульварных романов. Моя реальность состояла из строго выверенных графиков: душный офис с девяти до шести, обжигающий губы утренний кофе на бегу и любимый кот по кличке Зараза, искренне уверенный, что

Хроники Аальхарна. Начало. От монастырского послушника — на Железный Трон Вселенной. Планета Дея замерла в жестоком, душном Средневековье. Это суровый мир на окраине Галактики, где наука объявлена ересью, а дым костров инквизиции затмевает свет звезд. Здесь страны содрогаются от чумы и бесконечных феодальных войн, цепляясь за

Финал саги. Эта книга — не просто история Ильи Первого Многоликого. Это точка сборки всей вселенной, где сойдутся все сюжетные линии. Мы увидим каждого: от тех, кто шёл с ним плечом к плечу, до теней из прошлого, чьи лица он так и не успеет запомнить. До судеб, которые вершатся за его спиной, пока взгляд героя прикован к