Попаданцы

Меня зовут Глеб Афанасьев, и я — Пустой. Отброс, недостойный называться человеком. Тот, у кого нет Дара. Нет способностей. Нет будущего. Но всё изменилось в одночасье. Когда легендарный маг S-класса погиб, защищая Петербург от разлома, его Дар выбрал меня. Впервые за всю историю Пустой получил силу! А вместе с ней — уникальную

Меня зовут Глеб Афанасьев, и я — Пустой. Отброс, недостойный называться человеком. Тот, у кого нет Дара. Нет способностей. Нет будущего. Но всё изменилось в одночасье. Когда легендарный маг S-класса погиб, защищая Петербург от разлома, его Дар выбрал меня. Впервые за всю историю Пустой получил силу! А вместе с ней — уникальную

Меня зовут Глеб Афанасьев, и я — Пустой. Отброс, недостойный называться человеком. Тот, у кого нет Дара. Нет способностей. Нет будущего. Но всё изменилось в одночасье. Когда легендарный маг S-класса погиб, защищая Петербург от разлома, его Дар выбрал меня. Впервые за всю историю Пустой получил силу! А вместе с ней — уникальную

Меня зовут Глеб Афанасьев, и я — Пустой. Отброс, недостойный называться человеком. Тот, у кого нет Дара. Нет способностей. Нет будущего. Но всё изменилось в одночасье. Когда легендарный маг S-класса погиб, защищая Петербург от разлома, его Дар выбрал меня. Впервые за всю историю Пустой получил силу! А вместе с ней — уникальную

В этом мире, да и во множестве других, существуют легенды о попаданцах. О тех людях, которые по самым разным причинам — чаще всего после смерти — меняют среду обитания и, соответственно, тело. Про них пишут книги, рисуют комиксы, снимают кино. С последним жанром, правда, вечно творится какая-то дичь… Но сейчас не об этом! Так

Когда играешь с границами, стирая одни и прочерчивая новые, готовься не к тому, что весь мир падёт к твоим ногам. Готовься к тому, что он ощетинится против тебя. Бавлер совершил слишком много ошибок в попытках обойтись без жертв, лавируя между могущественными союзниками и врагами. Это привело его на край бездны: людей

Враг разбит — но не сломлен. Пока зализывающие раны соседи копят злобу за своими частоколами, я использую каждую минуту затишья. Моя дружина обрастает сталью, родовой Дар крепнет, а Великая Тайга щедро делится добычей лишь с теми, кто достаточно безумен, чтобы зайти в её сердце. На Пограничье передышки никогда не бывают

Интриги — это кинжал без рукояти. Одно неверное движение, и лезвие вспарывает брюхо тому, кто его держит. Тот глупец, что посмел тронуть мою семью, уже отправился на суд к Праматери. Я же выжил в этой мясорубке, став лишь злее и опаснее. До могущества древнего Стража мне еще шагать и шагать сквозь чужую кровь, но лед наконец-то

В прежней жизни я носил другие имена и владел силой, способной стирать города с лица земли. Впрочем, им здесь всё равно не понять, кем я был раньше. В этом мире титулы ничего не значат перед лицом настоящей крови. Наполовину чужие люди по воле случая приняли меня — калеку-бастарда — в свой дом, даже не подозревая, что в

«Хочу ли я заниматься исследованием руин исчезнувшей цивилизации?» — спросил я у вселенной. «С ума сошли?!» — добавил я, когда увидел уровень активности местной системы защиты. Эта древняя автоматика до сих пор считает всех двуногих ошибкой обновления и реагирует соответственно. Увы, моего мнения никто не спрашивал. Когда

«Хочу ли я заниматься исследованием руин исчезнувшей цивилизации?» — спросил я у вселенной. «С ума сошли?!» — добавил я, когда увидел уровень активности местной системы защиты. Эта древняя автоматика до сих пор считает всех двуногих ошибкой обновления и реагирует соответственно. Увы, моего мнения никто не спрашивал. Когда

Меня звали Вестгейр — архимаг Севера, чье имя заставляло дрожать целые королевства. Теперь я Алексей Бестужев — никому не известный дворянин в мире, где магия сплелась воедино с высокими технологиями, а аристократы правят по праву абсолютной силы. Волею Вечного Льда меня вышвырнуло из родного мира, но стихия не оставила своего