Попаданцы

Я попал в другой мир и даже успел неплохо обжиться. У меня есть собственная живая башня, преданный штат скелетов и уникальный навык «Оценка», который оказался куда круче, чем я думал. Казалось бы, чем заниматься? Сиди себе в уютном кресле, попивай трофейный эль да оценивай всё, что твои молчаливые подчинённые приносят из руин.

Аня была обычной московской айтишницей — пока не очнулась в стеклянном гробу посреди сказочного леса. Теперь она — Белоснежка. Казалось бы, вот он, счастливый билет. Но сценарий сломан: добрая мачеха из последних сил пытается изображать злую королеву, семь гномов укатили на Канары вести шерстяной бизнес, а вместо прекрасного

Как решить любую проблему? Берёшь проблему и выбиваешь ей зубы — нет проблем. Так было раньше. В моей прошлой жизни всё решалось просто: сталь, кулак и вовремя подставленная подножка. Теперь я в цивилизованном мире аристократии, где власть решают не крепкие бицепсы, а грязные панталоны, найденные в чужом шкафу. Ну или скелеты,

Как решить любую проблему? Берёшь проблему и выбиваешь ей зубы — нет проблем. Так было раньше. В моей прошлой жизни всё решалось просто: сталь, кулак и вовремя подставленная подножка. Теперь я в цивилизованном мире аристократии, где власть решают не крепкие бицепсы, а грязные панталоны, найденные в чужом шкафу. Ну или скелеты,

Дослужившись до майора военной разведки, я схлопотал тяжелое ранение и оказался в инвалидном кресле. Но на этом мои неприятности не кончились. Нож, торчащий под сердцем, не даст соврать. А рядом, не считая двух летально покалеченных отморозков, лежит соседский пацан, Санька. Вступился за меня на свою голову. Ну хоть живой, и то

Дослужившись до майора военной разведки, я схлопотал тяжелое ранение и оказался в инвалидном кресле. Но на этом мои неприятности не кончились. Нож, торчащий под сердцем, не даст соврать. А рядом, не считая двух летально покалеченных отморозков, лежит соседский пацан, Санька. Вступился за меня на свою голову. Ну хоть живой, и то

Дослужившись до майора военной разведки, я схлопотал тяжелое ранение и оказался в инвалидном кресле. Но на этом мои неприятности не кончились. Нож, торчащий под сердцем, не даст соврать. А рядом, не считая двух летально покалеченных отморозков, лежит соседский пацан, Санька. Вступился за меня на свою голову. Ну хоть живой, и то

Опытный рабочий, всю жизнь проведший за станком, приходит в себя в теле худого мальчишки Прошки — бесправного работника паровозного завода. Калуга. 1887 год. Грязный цех, оглушительный лязг ременных передач, грубый инструмент и начальство, которое привыкло списывать свой брак на слабых. Для них Прошка — мальчишка для побоев.

Только у Александры все начало складываться удачно: перебралась после школы в столицу, получила престижную работу в Москва-Сити, нашла красивого молодого человека и даже насладилась завистью оставшихся в далеком Тобольске подруг. Но нелепая случайность открывает перед ней возможность путешествовать в альтернативные вселенные.

Меня звали Викториан. Прародитель всех монстров, отец безумия, создатель легендарных Химероса и Каи. Забавно, что больше всего боялись именно их. Видимо, никто и никогда не заглядывал в мой тайный блокнотик, где хранятся наброски настоящих кошмаров… Эх, было время… Теперь я Виктор. И я — владелец скромной ветеринарной клиники

Меня звали Викториан. Прародитель всех монстров, отец безумия, создатель легендарных Химероса и Каи. Забавно, что больше всего боялись именно их. Видимо, никто и никогда не заглядывал в мой тайный блокнотик, где хранятся наброски настоящих кошмаров… Эх, было время… Теперь я Виктор. И я — владелец скромной ветеринарной клиники

Меня звали Викториан. Прародитель всех монстров, отец безумия, создатель легендарных Химероса и Каи. Забавно, что больше всего боялись именно их. Видимо, никто и никогда не заглядывал в мой тайный блокнотик, где хранятся наброски настоящих кошмаров… Эх, было время… Теперь я Виктор. И я — владелец скромной ветеринарной клиники