Роман

Медицинское сообщество города охвачено ужасом: неизвестный похищает врачей и медсестер, чтобы сделать им смертельную инъекцию. Отдел медицинских расследований под руководством врача Агнии Смольской берется за дело и быстро находит пугающую закономерность. Все убитые медработники в прошлом допустили роковую врачебную ошибку,

Покинув отдел медицинских расследований, врач Агния Смольская не успела соскучиться по работе. Вскоре на пороге её дома появился эмиссар российского бюро Интерпола с интригующим предложением: внедриться под прикрытием в элитную плавучую клинику «Панацея». На борту этого суперсовременного судна, вдали от посторонних глаз и в

Он — самовлюбленный павлин, не пропускающий ни одной юбки в радиусе километра. Его улыбка обезоруживает похлеще спецназа, а присутствие рядом деморализует и заставляет колени предательски подгибаться. Я терпеть не могу таких мужчин! В прошлом у нас была всего одна по-настоящему жаркая ночь, которую мы оба поклялись себе

— Малышка, венчание — требование моего отца. Его внук должен родиться исключительно в законном, благословленном браке. Голос мужа пропитан густой, паточной нежностью к той, кому он это говорит, и едким, ядовитым презрением к самой теме беседы. Ко мне. — К Соньке можешь не ревновать. Она — жена на полставки. Ну залетела, да,

– Мам, я нашла у папы в телефоне твои фотографии. – Наверное, это те фото, где я с тобой. – Нет. Там фото с вашей свадьбы. И позже. Там, где ты беременная мной. Их очень много. Сердце сжимается от боли так сильно, что становится тяжело дышать. – Он до сих пор любит тебя, мам. Тринадцать лет. Столько мы не в браке с Титовым.

— Посмотри на себя! — голос мужа не кричит, он рычит. В этом звуке нет злости — только глухая, вязкая гадливость. Он даже не пытается прикрыть Юлю. Наоборот, выставляет её вперёд, как дешёвый живой щит, как жалкое оправдание собственной трусости. — Стоишь тут с выпученными глазами, как бегемот! Когда ты смотрелась в зеркало в

— Загадывай желание! — кричат гости. Я склоняюсь над тортом. Сорок пять свечей. В их пламени пляшут лица родных и друзей. Что мне пожелать? Здоровье детям? Они и так светятся жизнью. Счастье в семье? Окружающие считают нас идеальной парой. Деньги? Мы давно перестали их считать. Я закрываю глаза, прячась от вспышек фотокамер за

— Геля, тут такое дело, в общем… нам надо разойтись. Муж огорошил новостью. Наивная, я полагала, что развод будет скучной формальностью с походом в МФЦ, но нет. — Другая женщина? — переспрашиваю, пытаясь удержать челюсть на месте. — Любимая женщина. И я хочу быть с ней. Поэтому ухожу. Вернее… ты уходишь. Мой благоверный

— Кто это был? — Глаза Кости темнеют от ярости. На его скулах ходуном ходят желваки, превращая красивое лицо в хищную маску. — Какого хрена он здесь трется? — Это не твое дело, — чеканю я, хотя внутренности сводит ледяным спазмом страха. — Он меня по крайней мере уважает. Не относится как к дорогой игрушке, которую можно

Глухая ночь. Закрытый ресторан. На дне бутылки плещется дорогое вино, но оно не спасает от звенящей пустоты в пентхаусе стоимостью в миллионы. — А вы почему здесь сидите один? — Официантка робко присаживается на край дивана. — Потому что я не хочу ехать домой, — кривлюсь я, делая глоток прямо из горлышка. — Там пусто. — Вы

В моих планах было подарить мужу на день рождения идеальный сюрприз — тест с двумя полосками. Семейная идиллия, все дела. Не успела. Прямо передо мной эту гениальную идею провернула моя лучшая подруга. При всём ресторане. Вручила точно такую же коробочку моему благоверному. Дальше всё как в тумане: звон столовых приборов,

Семь лет назад муж Розы Федоровны собрал чемоданы, оставил её с маленькой дочерью Соней и уехал в новую жизнь. С тех пор время для неё остановилось. Женщина медленно угасает под тяжестью депрессии, превращаясь в собственную бледную тень. А тем временем пятнадцатилетняя Соня стремительно превращается из невинного ангела в