Современная литература

— Всё просто, Аня. Я спасаю твою мать, а ты возвращаешься в мою постель, — говорит он настолько ровно и серьезно, что у меня перехватывает дыхание. Он не шутит. В его глазах нет ни капли привычного мужского самодовольства — только ледяная сталь. — Я думала... я надеялась, что ты сделаешь это так. По старой памяти. Из-за того,

Их роман начинался как красивая, обреченная сказка. Она — «Птичка». Танцовщица с душой нараспашку и шрамами под сценическим гримом. Он — Роман. Человек, привыкший владеть всем, до чего может дотянуться. Анна клялась себе, что не позволит сердцу сорваться в пропасть. Она знала правила игры: такие мужчины не женятся на девушках

Так жили их мамы и бабушки. Так принято, так положено и так проще — ведь в мире приличий всё определено заранее. Не надо принимать никаких решений. Можно строить жизнь на стальных рельсах, проложенных поколениями, и даже не смотреть по сторонам. Но что, если однажды сойти с маршрута? Сделать всего один крошечный шаг в сторону?

«В этой книге любви больше, чем страниц. Грустной, радостной, отчаянной, вдохновляющей. Такой, какая она вокруг и внутри нас. Если вы любите, то продолжайте любить, не вчитываясь в её содержание. Если вы одиноки, то помните, что любовь порой не очень заметна, но она повсюду. В вас и в них тоже… В любом случае не переставайте

Париж начала XX века – ослепительная столица искусства, безудержной страсти и опасных иллюзий. За кулисами легендарных «Русских балетов» Сергея Дягилева, покоривших Европу, плетутся сложнейшие дипломатические интриги и разворачиваются тайные миссии. Ротмистр Романов, офицер, ищущий смысл жизни в мире, где больше нет места

Санкт-Петербург, 1862 год. Снег хрустит под полозьями саней, а на рождественской ярмарке пахнет имбирными пряниками и морозом. Гадалка всматривается в линии судьбы влюбленной пары и пророчит им великое счастье – но лишь после того, как они пройдут сквозь горнило тяжелых испытаний. Спустя полвека эхо этого предсказания настигает

Леви Кеннет заставлял моё сердце замирать с самого детства. Каждый из нас сражался со своими внутренними демонами. В какой-то момент я приняла решение разделить его боль, и он стал единственным, кто по-настоящему поверил в меня. Я любила две вещи: балет и его. Мальчика, который когда-то отвернулся от меня. Парня, что захлопнул

— Почему не сказала, что родила от меня? — взгляд бывшего горит.— Ты отправил меня на аборт, — шиплю зло. — Не припоминаешь?— Но не избавилась! — заводится он. — У меня есть дочки! Я их отец, — отрезает.— И что? — с вызовом смотрю на него. — Это мои дочери! Не твои! Ты потерял право называться отцом, когда от них отказался. —

— «Не надо, пожалуйста», — беззвучно умоляю и трясусь от страха. Мужчина грубо хватает меня за шкирку и рывком выдергивает из багажника. — Ты ещё кто? — встряхивает и рассматривает, как неведомую зверушку. — Отвечай, что делаешь в моей тачке?! — Голос строгий, габариты пугают, но глаза не злые. Отступать всё равно некуда…

Передо мной холодный взгляд ярко-голубых глаз, сопровождаемых язвительной усмешкой. Воздух моментально исчезает из легких, мир теряет четкость красок и плавится вокруг. Крепко цепляясь за ручку ведра, стараюсь удержаться на ногах. — Привет, Инна, — спокойно и низко звучит его голос, в котором отчетливо чувствуется стальной

— Вы обязаны нести ответственность и согласиться стать моей женой, — звучит мягкий, приятный слуху голос мужчины, от которого я невольно вздрогнула. Испуганно озираюсь на дракона, понимая, что лицо заливает краска смущения. — Что?! — сонливость мгновенно улетучивается, уступая место недоумению. Осознавая суть сказанного,

— Тише! Замри! — шепчу приглушенным командным голосом, поспешно засовывая случайно встреченного мужчину прямо под ближайшую лестницу. Негодование чешуйчатого гостя понятно, но виновата-то исключительно его внезапность, из-за которой я потеряла драгоценные секунды, стремясь попасть в комнату. — Ректор прознал о нашем празднике,