В стойбище кочевников мы пошли не одни. Похоже, снесли сынов степей быстро, потому что, когда мы выдвинулись на тропу, по ней уже рысью двигался конный отряд. Сначала я подумал, что это какой-то другой отряд, не участвовавший в бою, но среди командиров увидел знакомого дворянина и ещё нескольких незнакомых аристократов.
Это был не просто очередной патруль. Это была демонстрация силы. Свежее подкрепление, прибывшее на всё ещё дымящееся пепелище недавней битвы, говорило о том, что война здесь — дело не личное, а государственное. И теперь, когда к нашей группе присоединились эти высокородные господа, ставки в этой игре выросли многократно. Их присутствие означало, что за нашими спинами теперь стоят не только клятвы и честь, но и вся мощь аристократических домов.
