Только проблески света показались на горизонте.
Сироте удалось найти подработку в двух местах сразу, и теперь парень разрывается между тяжестью молота в кузнечном квартале и мучной пылью в пекарне со Сладкого переулка.
Только появились первые медные монеты, только перестал мучить сводящий с ума голод, и младшая сестренка, кажется, начала отходить от потери родителей, как пришла новая напасть.
Парня сворачивает жестокая лихорадка. Температура растет так стремительно, что мокрые компрессы высыхают за секунды. Вода из тряпищ, приложенных к пылающей коже, начинает кипеть, а края грубой рубахи — тлеть и дымиться.
Еще немного — и он просто сгорит изнутри, оставив на простынях лишь горстку пепла.
Но когда сознание почти угасает, а тело готово вспыхнуть погребальным костром, внутри что-то ломается. И лихорадка отступает, оставляя после себя не пепел, а выжженный силуэт на матрасе и понимание: он больше не обычный подмастерье.
Теперь ему придется учиться жить заново, ведь в Сладком переулке появился маг, чья сила пахнет не корицей, а раскаленным металлом.
