– Значит, Вера. Год и шесть месяцев. Моя.
Я откидываюсь на спинку стула, скрещиваю руки на груди, выставляя защитный блок. Его слова звучат не как вопрос, а скорее как утверждение, и я киваю в подтверждение.
– Прекрасно, — с шумным выдохом говорит Ярослав.
По телу пробегает нервная дрожь. Пока не понимаю, какие чувства у Жарова после этой новости. Он недоволен? Зол? Раздражён? Радости в голосе точно нет.
– У меня есть дочь Вера. Она родилась в Канаде, я правильно понимаю? — спрашивает Ярослав.
– Верно.
– Не подкопаешься, — недобро усмехается он. — Мне интересно, что ты собиралась рассказать Вере в будущем? Где её отец? Почему он не заботится о ней? Кто он? Наркоман? Алкоголик? Погибший пилот?
– Я никогда не собиралась врать дочери о тебе. Никогда.
