Мне тридцать пять, и я — попаданка. Из привычного земного мира меня занесло в самую гущу магической реальности. Теперь на моих плечах лежит огромная ответственность: нужно управлять целым поместьем, лавировать в общении с многочисленными (и наверняка коварными) родственниками и думать о благосостоянии моих крестьян. В такой

Мне тридцать пять, и я — попаданка. Из привычного земного мира меня занесло в самую гущу магической реальности. Теперь на моих плечах лежит огромная ответственность: нужно управлять целым поместьем, лавировать в общении с многочисленными (и наверняка коварными) родственниками и думать о благосостоянии моих крестьян. В такой

Мне тридцать пять, и я — попаданка. Из привычного земного мира меня занесло в самую гущу магической реальности. Теперь на моих плечах лежит огромная ответственность: нужно управлять целым поместьем, лавировать в общении с многочисленными (и наверняка коварными) родственниками и думать о благосостоянии моих крестьян. В такой

Двенадцать лет я выслеживала и убивала вирлиатов. Ненавидела их. До дрожи боялась. А потом я поймала его. Даймон Арден. Убийца. Хищник. Брат того, кто сжёг мою деревню дотла. Я везу его на казнь. Но где-то в пути начинаю ощущать его: каждую эмоцию, каждый шрам, каждый взгляд, от которого кожа вспыхивает огнём. — Ты мог сбежать,

Мне тридцать пять, и я — попаданка. Из привычного земного мира я оказалась в магическом, где теперь мне предстоит управлять поместьем, находить общий язык с многочисленными родственниками и заботиться о благосостоянии крестьян. Свадьба в мои планы никогда не входила. До последнего времени… Том 1.

Его серьезный тон вынуждает меня втянуться в эту игру. По крайней мере, так мне кажется. – В пределах разумного – это сколько? – спрашиваю я, неожиданно заинтересовавшись: сколько же в наше время можно заработать… на проституции? Почти сорок лет прожила, а о таких вещах мало знаю. – Хм… – Макар Викторович криво усмехается и