Давным-давно он был задиристым подростком, а я прилежной отличницей. Я не нуждалась в его привязанности. Её глубина и интенсивность приводили меня в трепет, и я мечталa убежать подальше всякий раз, когда он шёл за мной из школьных ворот. В потёртой куртке и растянутых джинсах, с взглядом, полным детской нежности, он смотрел мне прямо в душу, молчаливо прося о том, чего я не могла и не умела дать.
Время пролетело незаметно, перевернув нашу жизнь вверх тормашками. Переживания, потери и удары судьбы сделали своё дело, но я сохранила внутреннюю гордость и твёрдый характер. Мы выросли, возмужали, но в его голосе остался тот же низкий оттенок, а глаза продолжают вызывать у меня смущение.
— Привет, Льдинка, — негромко произнес он. — Сколько лет, сколько зим.
— Привет, — едва слышно ответила я, отводя взгляд.
Жизнь круто поменялась, а я всё такая же гордая, немного наивная и бедная, зависимая от его проклятых грязных капиталов. Единственное отличие — теперь он мой начальник.
