Она пришла ко мне тогда, когда у неё больше ничего не осталось.
Ни дома. Ни мужа. Ни даже права быть рядом с собственным ребёнком.
Я не предлагал ей любви. Я предложил сделку.
Холодную. Беспощадную. Лишённую всяких правил.
Так было проще. Без чувств. Без обязательств. Без риска.
Я обещал помочь вернуть ребёнка. А она должна была быть рядом. В моей постели.
Без права на отказ. Без вопросов. Без попыток сбежать.
Она согласилась. Потому что выхода у неё не было.
Я был уверен, что смогу всё контролировать. Держать её на расстоянии. Играть роль.
Но с каждым днём становилось всё труднее притворяться.
Я придумал эту сделку, чтобы оставить её рядом.
Она согласилась, потому что не видела другого выбора.
Но теперь мне больше не нужна сделка. Мне нужна только она.
